Открытие прошло без привычного официоза — вместо торжественных речей художник выбрал формат живого разговора со зрителями. Для Абрамова, чья биография началась в кругах советского андеграунда, где самоорганизация была частью выживания, такой подход — не жест демократичности, а естественное существование.
В экспозиции представлено 30 работ: живопись, графика, скульптура и инсталляция. Ангелы соседствуют с птицами, загадочные существа — с домашними котами, и каждый объект выглядит частью одного немного волшебного мира.
— Изобразительное искусство — это огромный, многогранный и, наверное, бесконечный язык. Мне нравится говорить на нем во всех его проявлениях, — объясняет Михаил Абрамов.
В ходе общения зашел разговор о котах — самых частых персонажах работ художника.
— Потому что коты лучше нас, — со смехом объяснил он и вспомнил историю одного из своих пушистых спутников.
Еще в брежневские годы в его московскую квартиру пришел черный соседский кот, да так и остался жить. Абрамов назвал его Бельчиком — сам не зная почему. Кот подолгу ходил за художником по району, словно собака, и это, по признанию мастера, со временем отразилось на творчестве.
Отдельное внимание гостей привлекла инсталляция «Запчасти». Это большое перо, которое, по задумке автора, служит общей деталью и для ангелов, и для птиц, собрано из множества разномастных предметов. На вопрос о происхождении материалов Абрамов ответил с неожиданной прямотой.
— Это все из моего мусорника. Привозят. Кто-то велосипед, кто-то еще что-то… Выкинуть жалко — везут ко мне, — рассказывает художник.
Само название «Запчасти» звучит почти как манифест. Художник работает с тем, что другие списывают в утиль, и собирает из осколков повседневности образы, отсылающие к сакральному — к ангельскому крылу, к полету. В этом жесте есть и ирония, и нежность: то, что для одних — металлолом, для него — материал для разговора о высоком.
Среди прочих тем коснулись и непростой судьбы неудавшихся работ. Абрамов признался, что однажды даже сжигал свои произведения, полагая такой подход правильным. Правда, был случай, когда он собирался зашить один холст для новой работы, но приехавший товарищ увидел картину и тайком ее забрал, чем, по сути, спас.
Особую ценность нынешней экспозиции составляет графика 1980-х годов, прежде ни разу не выставлявшаяся. Как участник нонконформистского движения, Абрамов хорошо помнит ту эпоху — очень веселую, по его словам. Тогда было можно все, выставки собирали полные залы, у входа стояли машины. Сегодня, спустя десятилетия, эти листы — не просто архив, а живое свидетельство времени, когда искусство становилось поступком.
Выставка «Кот и что-то волшебное» продолжит работу до 14 июня.
