Юрий Химичев, глава крестьянско-фермерского хозяйства в Мартыновском районе, в состав которого входит винодельня Vinabani, в марте получил уведомление от регионального минсельхозпрода об отказе от сотрудничества и требование вернуть грант в размере 9,8 млн рублей. КФХ Юрия Химичева получило этот грант на развитие сельского туризма два года назад — в апреле 2024 года. Средства были вложены в строительство дегустационного зала на винодельне, закупку оборудования для него, благоустройство территории. Помимо средств гранта КФХ вложило в проект собственные средства в размере около 12 млн рублей.
В письме министерства, с которым ознакомился N, сообщается, что предприниматель не выполнил часть обязательств в рамках соглашения о получении гранта: его хозяйство не достигло плановых показателей производства и продаж. В частности, показатель по объему производства в натуральном выражении выполнен на 57,3%, объем продаж в натуральном выражении выполнен лишь на 61,7% от плана. Вместо прироста объема производства предприятие зафиксировало его снижение на 23%.
— У нас в районе в прошлом году был объявлен режим ЧС. В нашем хозяйстве два клина: зерновой и виноградарский. Пострадали оба. Вымерз урожай винограда на территории 24,6 га, мы недополучили 400 т винограда. Примерно половину от 900 га под зерновыми культурами пришлось передисковать, а на другой половине мы получили урожай в три раза ниже обычного. Предприятие зафиксировало убытки. Минсельхоз области признал нас пострадавшими от ЧС. Мы никак не могли достичь показателей, которые были обозначены в соглашении. К сожалению, ни федеральный минсельхоз, ни правительство области, ни региональный минсельхоз не посчитали ЧС уважительной причиной. Я в этом году не могу вернуть 9,8 млн. Я буду судиться, — заявляет собеседник N.
Ущерб, нанесенный предприятию непогодой, составил 11,5 млн рублей (это оценка по понесенным затратам).
Юрий Химичев отмечает, что для сельхозпроизводителей Мартыновского района неудачными были два предыдущих года: весенние заморозки и последовавший за ним недостаток осадков летом при очень высоких температурах, которые на земле доходили до 50 градусов Цельсия, привели к тому, что лоза не развивалась достаточно, поэтому хорошего урожая винограда не было. Если 2024 год удалось как-то пережить, то в 2025-м ситуация ухудшилась. Доходы существенно сократились, при этом ежегодные затраты КФХ остались прежними, т. к. все хозработы производились в полном объеме. Повышение ставки ЦБ во второй половине 2024 года лишь усугубило все проблемы. Несмотря на некоторое снижение ключевой ставки в последние месяцы, стоимость заемных средств до сих пор остается слишком высокой.
— Прежде я каждый год сажал 10-15 га виноградников. Но больше сажать не буду. С учетом текущих условий — высокие ставки по кредитам, рост НДС — я просто не могу потянуть 153 га виноградников, которые есть сейчас. Мне выгоднее раскорчевать большую часть и оставить себе 20 га под винодельню, чтобы перерабатывать весь свой урожай. Сейчас все пишут, что на алкогольном рынке продажи в прошлом году упали на 48%. Это произошло потому, что нет покупательной способности. Все предприятия затоварены, у них нет продаж. Это означает, что у меня зависнет виноград, который я соберу в этом году. Его или не возьмут вовсе, либо возьмут за цену ниже себестоимости. Как мне при таких условиях выполнять обязательства по договору? — задается вопросом Юрий Химичев. Он указывает на расхождения в целях, декларируемых региональным минсельхозом (развитие виноградарства на Дону, развитие сельского туризма) и его же действиях — минсельхоз перекладывает на КФХ все издержки от роста ключевой ставки и форс-мажорных погодных условий, которые нельзя было предугадать в начале 2024 года, когда заключалось соглашение о гранте на развитие туризма.
Николай Молчанов, глава крестьянско-фермерского хозяйства и «Винодельни Молчанова», чьи виноградники расположены в Мартыновском и Волгодонском районах, тоже получал грант на развитие туризма. В его хозяйстве ситуация чуть лучше — условия гранта в прошлом году он выполнил. Но есть сомнения, что это получится сделать в текущем году.
— Если в этом году, дай бог, все будет удачно и ЧС не объявят снова, мы все равно ощутим последствия прошлогодней засухи. Виноград — это не ячмень, который в этом году посеял и в этом же собрал. Урожай текущего года закладывается в предыдущем году. В 2024 году весенние заморозки очень сильно повредили наши виноградники, и поэтому в прошлом году урожай был меньше. То же будет и в этом году из-за ЧС прошлого года. Несколько лет назад я брал грант на развитие туризма, и у меня есть обязательства перед региональным министерством сельского хозяйства. В прошлом году я их с горем пополам выполнил, а в этом году, боюсь, что не смогу этого сделать. По условиям этого гранта, я должен произвести в этом году 74 тонны винограда, из них 60 тонн переработать, а 14 тонн продать. Но может так случиться, что, из-за того что в прошлом году была засуха, я не смогу эти 74 тонны произвести. И тогда я либо переработаю у себя меньше, либо нарушу обязательства по продаже винограда — оба варианта плохие. Я не прошу ни субсидий, ни дотаций, я прошу, чтобы грантодатель учел эту не зависящую от меня проблему. Чтобы мне не пришлось из-за сокращения объемов производства возвращать грант. Если возвращать его — придется закрывать предприятие.
Собеседник N добавил, что есть второй фактор, внушающий серьезные опасения за будущее предприятия — изменения условий уплаты НДС.
— Годовой оборот нашей винодельни балансирует между 19-21 млн рублей в год. В прошлом году из-за ЧС я еле-еле свел баланс в ноль. В этом году, если мне добавляется 5% НДС, где мне их взять? Если мы в этом году не слетим на НДС, на следующий год это однозначно произойдет, потому что налог надо будет платить уже с оборота 15 млн рублей. Я понимаю, если б нам сказали: если прибыль у вас 10 млн, то вы платите НДС 5%. Но 5% с оборота — это очень ощутимые средства. Почему никто не думает о том, что в этом году соберут больше налогов, а через год, когда позакрываются такие предприятие, как наше, не с кого будет налоги брать? Нас, малых и средних винодельческих предприятий, в Ростовской области и так по пальцам пересчитать. Теперь станет еще меньше. Все предприятия, подобные нашему, точно почувствуют на себе в конце года эти негативные изменения. Потому что мы работаем с низкой рентабельностью. У зерновиков доля ручного труда максимум 10%, может, и меньше. Все механизировано. В укрывном виноградарстве — а только такое возможно в Ростовской области — доля ручного труда составляет почти 80%. Причем работников на селе очень сложно найти, поэтому затраты на оплату труда большие. Себестоимость производства вина из укрывного винограда у нас выше, чем в том же Краснодарском крае. Поэтому рентабельность производства вина гораздо ниже. Я бы предложил при определении размера оборота для уплаты НДС выделить в отдельную группу сельхозпредприятия, которые работают с многолетними насаждениями. Считаю, что для малых и средних винодельческих предприятий региона надо повысить размер оборота для уплаты 5% НДС хотя бы до 40 млн или вообще убрать это требование.
По просьбе N юрист АБ «Грата Интернешнл Ростов-на-Дону» Артем Крицкий оценил перспективы оспаривания решения минсельхозпрода РО о возврате гранта:
— Шансы предпринимателя на сохранение соглашения в силе представляются весьма неоднозначными, и исход дела будет напрямую зависеть от условий конкретного договора и оценки конкретных обстоятельств. Поскольку данное соглашение имеет гражданско-правовую природу, к нему применяются нормы ГК РФ, в том числе об освобождении от ответственности в связи с обстоятельствами непреодолимой силы. Однако при буквальном прочтении постановления правительства РО № 155 (в соответствии с которым получен грант) обстоятельства непреодолимой силы не освобождают от обязательств по достижению конкретных показателей результативности, а лишь дают возможность продлить сроки использования гранта. В связи с чем суд вполне может прийти к выводу о необходимости вернуть средства вне зависимости от внешних факторов.
По данным минсельхозпрода Ростовской области на август 2025 года, в Ростовской области зарегистрировано 16 лицензированных производителей винодельческой продукции.
В прошлом году на региональном совещании, посвященном проекту Роскачества «Винный гид России» (его проводил областной минсельхоз), была озвучена информация о том, что ситуация в виноградарстве на Дону постепенно улучшается: если до 2022 года площади виноградников в регионе стремительно сокращались, то в последние два года, наоборот, начали прирастать и достигли более 1,7 тыс. га. Хотя все еще не вернулись к показателю 2017 года — 4 тыс. га. Период восстановления сопровождался ростом господдержки: на стимулирование развития виноградарства и виноделия в Ростовской области в 2025 году направили 99,78 млн рублей — в 1,5 раза больше, чем в 2024 году.
Раз средства выделяли, значит целесообразность поддержки укрывного виноградарства и виноделия в Ростовской области не вызывала сомнения у властей. Но отзыв гранта без учета форс-мажора указывает на то, что в настоящий момент консенсуса снова нет. Эта непоследовательность областных властей точно не идет на пользу ни донскому виноградарству, ни виноделию.
Отметим, что качество донского вина подтверждено оценками экспертного сообщества. В 2025 году в «Винный гид» попало вино пяти донских виноделен, в том числе «Винодельни Молчанова». Вино производителя Vinabani в прошлом году вошло в рейтинг TOP-100 wines журнала «Форбс».
Артур Саркисян, президент Союза сомелье и экспертов, который возглавляет дегустационную комиссию «Винного гида», ранее отмечал:
— Хотелось бы больше видеть инвесторов, которые бы верили в донское виноделие. Энтузиастов хватает, а инвесторов не очень. Потому что это экстремальное виноделие, мы с вами прекрасно понимаем, как здесь тяжело выращивать виноград. Но регион сам по себе уникален тем, что это больше автохтонные сорта. Нужно двигаться в этом направлении, в первую очередь искать исторические сорта. Я вижу, что здесь нужна тесная работа с минсельхозом Ростовской области. Вижу, что работа есть, но хотелось бы более активной работы, хочется взять за руку и сказать: давай, побыстрей это делай! Время идет! В виноградарстве самое дорогое и ценное — это время. У нас не Эфиопия, мы два раза в год не собираем виноград.
