Суть иска к Петру Ходыкину и Марине Турянской, как уже писал N, — это выплата пени, которая начислена ФНС. В прошлом году налоговая служба провела проверку исчисления и уплаты налога на прибыль по т. н. контролируемым сделкам «Родных полей» с взаимозависимым иностранным юрлицом, которые были совершены задолго до национализации одного из крупнейших российских зернотрейдеров компании «Родные поля» — с 2018 по 2020 год.
Речь идет о сделках с эмиратской GTCS Trading DMCC, которая на тот момент контролировалась, как и «Родные поля», Петром Ходыкиным.
ФНС посчитала, что компания продавала товар по заниженной цене с целью вывода прибыли в низконалоговую юрисдикцию: «в адрес взаимозависимой организации, что повлекло занижение налоговой базы по налогу на прибыль и, как следствие, недоплате налога в бюджет».
В итоге ФНС доначислила налог на прибыль, который компании пришлось уплатить, и пени в размере 203,3 млн рублей. Именно эту сумму госменеджмент национализированных «Родных полей» и истребовал в рамках текущего процесса.
Суд это требование удовлетворил.
В его материалах, которые выдержаны в обвинительном ключе, отмечается, что и ранее по итогам проверок за 2014-2017 годы ТД «РИФ» (прежнее название «Родных полей») судился с ФНС. Упоминаются арбитражные споры, в ходе которых компании пришлось доплатить в бюджет налог на прибыль и пени в размере около 290 млн руб. из-за таких же претензий.
«С учетом сложности механизма подтверждения рыночности применяемых цен в сделках между взаимозависимыми лицами Обществу необходимо было определить метод, согласно Налоговому кодексу РФ, который будет применен при расчете и подтверждении цен, а также фиксировать информацию из достоверных и надежных источников, которые бы отражали сопоставимость примененных цен рыночным», ― говорится в решении суда.
Вместо этого, по версии обвинения, компания сообщала ФНС, что «цены на партию товара определяются рыночным механизмом ценообразования. Суть рыночного механизма ценообразования заключается в том, что цена устанавливается на основе выравнивания спроса и предложения, на базе соглашения между двумя сторонами — продавцом и покупателем, интересы которых выявляются на свободном рынке».
Налоговую это не устраивало, она считала приоритетным метод сопоставимых рыночных цен.
Аргументы защиты кратко можно представить так. Споры с ФНС не выходят за пределы обычного делового риска. Общество все годы работало с высокой прибылью, своевременно и в полном объеме исполняя обязанности. «Требования истца о взыскании в качестве убытков суммы пеней необоснованны, так как Общество фактически использовало указанную сумму в хозяйственной деятельности и извлекало доход от ее использования, что свидетельствует о том, что уплата пеней является для Общества экономически нейтральной».
Ответчики, по данным защитников, проявляли должную осмотрительность, используя практику внесения авансовых платежей на единый налоговый счет с целью исключения начисления пеней и минимизируя таким образом риски.
Суд эти аргументы не принял, посчитав, что ответчики игнорировали требования ФНС по трансфертному ценообразованию и действовали неразумно или недобросовестно, что влечет персональную ответственность по ст. 53.1 ГК РФ.
В частном разговоре с корреспондентом N знакомый аудитор пояснил, что уточнение налоговой базы по налогу на прибыль в контролируемых сделках ― обычная практика.
Интересы обеих сторон в ходе таких рассмотрений не страдают. Государство получает доплату по налогу на прибыль и начисляет пени за пользование своими денежными средствами. Компания выполняет требования ФНС, что входит в ее обязанности.
― Эта ситуация не влечет банкротства. Никаких исков о субсидиарной ответственности к собственникам и менеджменту нет. Поэтому взыскание пени в текущем споре выглядит странно, ― считает собеседник N.
Интересно, что в материалах суда истцы утверждают, что уплата пени причинила компании убытки, и суд фактически с этим согласился.
Еще один специалист, к которому обратился корреспондент N, руководитель компании «Денисов аудит» Антон Денисов, не смог припомнить случаев, когда бы пени взыскивались с собственников или руководителей предприятий.
Пени по Налоговому кодексу — это не штраф и не убытки, а плата за пользование бюджетными средствами. Поэтому их взыскание с собственников или руководителей напрямую не предусмотрено, отмечает эксперт.
Если перевести с финансового языка на обычный, то к убыткам приводит комплекс причин, результатом которого является хроническое превышение расходов над доходами. Однако в период до национализации компания была прибыльной как минимум с 2012 года. А вот в первый же год под управлением госменеджмента показала чистый убыток в размере 6,39 млрд руб. Просто потому, что прекратила экспортировать зерно. Вместо этого она подала сразу несколько исков к Петру Ходыкину и Марине Турянской на миллиарды рублей.
